Автор: | 09/09/2009

10 сентября  2009 г.  

В результате сдерживания своей активности в поиске новых идей  о лучшем  для себя  и своей  жизни  видение человека приобретает некую двойственность. Эта двойственность является продолжением животной  программы «замысла». Управляемый установками системы инстинктов человек привык никогда  не выдавать своего истинного лица. В мире, где  на всех всего не хватает, нельзя открыто заявлять о своих намерениях. Если обнародованный вариант окажется выгодным, экономичным, им обязательно захотят воспользоваться другие.   

Привычке скрывать свои мысли содействует необходимость следовать  общепринятым  правилам, которые в своей  основе   имеют  только  представление  о том, что можно и чего нельзя. Условность, с которой  происходит  это разделение на  хорошее  и плохое,  приучает человека практически всегда за  словами и поступками других людей искать скрытый смысл. Ведь  он сам в процессе  общения вынужден приспосабливаться  к тем порядкам,  которыми руководствуются   разные   группы людей.  

Чем больше условностей  сопровождает его жизнь, тем труднее человеку найти представление  о лучшем, согласиться с ним, а  затем от него отказаться, чтобы  искать  следующее  лучшее. Вступив  на  путь  разумных преобразований, человек  упускает из виду, что  это постоянное  изменение представления  о лучшем. Он стремится  найти  лучшее  для себя, уверенный в том, что найденное  лучшее   пригодится  на всю оставшуюся  жизнь. Поэтому  на начальном  этапе приходится пройти сложный   период отказа от удержания неизменными своих представлений о лучшем.  

Человек  понимает преимущество  идей,  определяющих разумную смысловую нацеленность жизни. Принимает их,  как совершенные, более глубокие идеи ведения  жизни. Но при этом  стремится  жить по-старому, боится применить  новые идеи. Более того,  пытается  новыми идеями объяснить наличие  замысла, то есть еще  глубже скрыть от себя   животные генерации. Человек  боится  расслабить маску, за которой привык прятаться. Применение  новых  идей требует  осознания  полноты жизненных зависимостей и функций, реализуя которые происходит  обеспечение всем необходимым  структуры возобновления  жизни. Рождается страх  нарушить,  раскачать или вообще  разрушить прежнюю структуру  воспроизводства  жизни. Человек  живет, значит, эта структура  работает, а что будет, если ее стронуть с места, неизвестно. Отсюда и страх за  жизнь.  

Конечно,  спешить не стоит, но  насильно удерживать обретаемые  идеи в стороне от процесса деятельности нельзя. В противном случае наступает  раздвоение видения. В одной части человек наблюдает, как должна  бы проистекать его жизнь, в другой  —  происходящее в реальности. Он не находит в  этом  ничего особенного, это привычное состояние, когда хочется одного, а приходится довольствоваться  тем, что доступно. Поэтому спокойно говорит о том, что все понимает, но сделать ничего не может, его никто не поддерживает, так как к преобразованиям  не  готовы окружающие  люди.  

В раздвоении видения плохо одно, человек так и  не  достигает  того, на что рассчитывал, вступая на путь разумных преобразований. Он не ощущает  удовлетворенности. Хуже  того,  постоянно ощущает  неудовлетворенность собой и своей жизнью. Ведь он все время поддерживает в сознании представление  о недостижимом  для себя уровне  внутренней свободы и свободы  действий. Что, естественно, снижает уровень удовлетворения жизнью и интерес к ней, а  также негативно отражается на внутреннем состоянии и состоянии здоровья.  

Снижение уровня интереса к продолжению жизни деформирует деятельность гормональной системы, и в результате снижает уровень возобновления жизненной активности. Что приводит в итоге к возобновлению существующего в человеке и в его жизни в объеме,  меньшем, нежели в предыдущем жизненном цикле. То есть ведет к затуханию  жизнедеятельности, старению и сокращению срока жизни

Таким  образом, привычное стремление соответствовать  общепринятым порядкам не  дает человеку разрушить  установленный  порядок в собственном сознании и видении,  принять  новые  идеи о лучшем, а  в дальнейшем их постоянно возобновлять.  

Возможности разума  начинают использоваться в тот период, когда  не хватает физических сил и упорства поддерживать жизненную ситуацию. Поэтому  пока  избыток сил позволяет справляться с текущей жизненной ситуацией, человек  из последних сил  сохраняет представления  о лучшем,  терпит неудобства,  тратит энергию. Лишь болезни или неприятности, которые  лишают его избытка сил, позволяют  безбоязненно разрушить жизненный порядок, отойти от привычной идеологии и смело возобновлять новизну.  

Пока человек  движется, то есть возобновляет новизну в мировоззрении и представлениях о жизни, система инстинктов не мешает ему. Человек понимает,  что по-другому   не  выживет, у него нет сил, и не дает свободному вниманию уходить под  управляющее действие системы инстинктов. Постоянно возобновляя представление  о лучшем,  он находит все  более экономичный способ ведения  жизни. Он не   тратит энергию, а использует выделяемый избыток. В жизни все  начинает складываться  уходят страхи, поправляется  здоровье, повышается уровень внутренней свободы.  

Но если человек  приостанавливает свою инициативную активность и перестает тратить  в полезных действиях постоянно выделяющийся избыток сил, система инстинктов сразу устремляет его в покой. Инерция организованного им процесса достаточно большая, поэтому  только  через год системе инстинктов удастся окончательно захватить его внимание, чтобы инициировать потребность в сохранении созданного порядка и  выделяющегося избытка энергии.  Этот процесс идет настолько медленно, что человек не замечает, как снова стал  бояться  нарушить установленные представления  о лучшем и жизненный порядок,  ощущая неудовлетворенность недостижимым для себя уровне внутренней свободы.  

На уровне  рефлекторных связей  двойственность  в сознании, отталкивание  реальности жизни реализуется  удержанием имитируемого нажеванного за левой щекой, как идей о лучшем для себя образе жизни и образе мыслей.  

Неспособность изменять существующее в жизни к лучшему имитируется наличием косточки ущербности, воткнувшейся с десну предпоследнего нижнего левого зуба. Свою бездеятельность, безынициативность  человек объясняет восприятием неполноценности по сравнению с окружающими. Это либо неполноценность, обретенная в  соперничества со сверстниками,  либо связанная  с  конкретностью сложившейся жизненной ситуации. 

Напряжениями сдерживания скатывания по наклонной плоскости человек  будто бы  отделяет себя  от жизненной реальности, усиливая отделение  общим неприятием ко всему вовне.  Он стремится  отделиться  от своей жизненной реальности,  не удовлетворяющей его, так как  уже имеет на вооружении более оптимальные идеи  о возможности организации жизни, нежели те, которые использует. В то же время  стремится  отделиться  от нового, чтобы  не  видеть  модель более совершенного жизнеустройства и реально существующего.   

Раздел: Без рубрики

Добавить комментарий